Говорят, работа откладывает отпечаток на человека, который ей занят. Казалось бы, что можно сказать об изобретателе, который пытается запустить производство сапфировых насос-дозаторов?...

Сапфир – уникальный камень. Твёрдый, блестящий, ярко-глубокого цвета. Кстати, немногие знают, что корунд (а сапфир является как раз разновидностью корунда) бывает не только синим, но и оранжевым, жёлтым, зелёным и розовым. А также прозрачным. Как раз последний, так называемый лейкосапфир используется в технологии, придуманной Виталием Савенковым. Сам учёный по уникальности не уступает своей придумке. Не смотря на все сложности организации рабочего процесса и поиска денег, у него блестят глаза. И чувствуется то ли здоровый, а толи и не совсем…азарт. Он искренне уверен, какая страна овладеет мастерством создания дозаторов первой, та и будет «на коне»!

Уникальные отечественные насос-дозаторы

 

Виталий, как вам пришла в голову идея дозаторов?

Всё началось лет 15 назад. Я тогда имел дело с высокоточной обработкой металла на уровне микронов. И инженеры нашего производства в частном разговоре пожаловались мне, что покупают дозаторы за баснословные деньги.

Я сделал аналог, который был в 2 раза дешевле и работал дольше. Так мой первый удачный опыт и вдохновил меня на продолжение разработок.

 

В чём суть технологии?

Основная часть дозатора - плуженная пара. Она состоит из поршня и цилиндра. Так вот они полностью сделаны из монокристалла лейкосапфира. В итоге, такие дозаторы служат дольше.

 

А сколько они работают?

Мы даём гарантию на 10 лет работы. При предполагаемом ресурсе работы 25 – 30 лет. Ни одно оборудование столько не работает. В будущем, мы планируем давать вообще пожизненную гарантию!

 

Вы автор идеи?

Да, полностью.

 

А кто ещё работает в вашей команде?

В моей команде есть инженеры-технологи, которые готовят чертежи. Главный научный консультант проекта – Хачатур Багдасаров. Прошу отметить – лауреат двух государственных премий России. Он член-корреспондент Российской академии наук и член-корреспондент Национальной академии наук. Багдасаров изобрёл особый способ выращивание монокристалла сапфира. Этот способ так и называется Багдасаровский. Он известен во всём мире!

А почему именно сапфир – ядро вашей технологии?

Сапфир – это самый прочный материал после алмаза.

 

Почему же тогда алмазы не используете в производстве?

Слишком дорого. Да и таких больших алмазов, как нам надо никто не может вырастить. Плюс, искусственный сапфир долговечнее. Таким образом, оборудование развалиться, а дозатор будет работать.

 

А теоретически возможно из вашего «технического» камня делать украшения?

«Технический» сапфир ничем не отличается от того камня, который выращивают для ювелирных украшений. Разве что в последнем больше химических добавок и красителей. Да и по техническим свойствам «гламурный» искусственный сапфир более слабый.

Кроме всего прочего, этот кристалл полностью биосовместим с тканями и кровью человека. Поэтому самые лучшие имплантанты –  сапфировые. Это вам любой врач подтвердит. Титан, например, даёт 30% отторжения. Сапфир же гарантирует стопроцентную «вживляемость».

 

Где используют дозаторы? Для чего они нужны?

Всё, что разливается, требует дозировки. Химическая промышленность. Парфюмерия. Лекарства. Космос и кораблестроение, наконец! Вещества, которые разливаются часто очень агрессивные. Поэтому не все дозаторы выдерживают. Керамические разваливаются. Металлические разъедаются.

Вы понимаете, ситуация же парадоксальная! Нам заведуют немцы, нам завидуют французы – вся Европа! Сейчас объясню, что я имею в виду. Вот вам пример. В России заводы «Вимм -Билль-Данн» и «Danone» производят 300 миллионов упаковок йогуртов. Их металлические дозаторы круглосуточно могут работать всего 3-4 месяца! Потом они выкидываются. Новые покупают в Скандинавии за дорого. Я предложил этим компаниям свои сапфировые дозаторы, которые будут гарантированно работать в 10 раз дольше, то есть 30 – 40 месяцев! Компании с удовольствием согласились. Они ждут меня. Но я не могу пока обеспечить дозаторами своих заказчиков. Мне нужны станки. А чтобы их закупить нужны инвестиции.

Другой пример. Духи. Бутылёк в 5 миллилитров стоит 10 тысяч евро. Нужна высочайшая точность. Недолив не допускается. Иначе производителя затаскают по судам. Переливать – значит, тратить драгоценное сырьё. Как быть? Так вот у нас в России есть уникальная технология, которая поможет производителям избавиться от той головной боли.

Мы очень сильно выиграем, если переведём всю нашу фармацевтическую промышленность на сапфировые дозаторы. Сейчас 98% компаний работает на металле. И при разливе продукта происходит химическая реакция. В итоге, наночастицы металла остаются в лекарстве. Это уменьшает срок годности и снижает эффективность препарата. То есть мы покупаем его больше, чем могли бы, будь оно качественнее.

 

Наночастицы металла вредны для здоровья человека?

Нет. Это допустимо.

 

Ни возникало ли у вас мысли, что производителям не всегда выгодно переходить на более современные дозаторы? Ведь если срок годности у того же лекарства и его эффективность меньше, чем могли бы быть, то покупать его будут чаще.

С одной стороны, то, что при использовании сапфирового дозатора повышается срок годности продукта, выгодно для компании. С другой стороны, многим компаниям выгодно закупать каждые 3-4 месяца новые дозаторы. Я не могу утверждать, но, вероятно, они имеют с этого некоторую выгоду.

Сколько денег уже вложено в вашу разработку и её продвижение?

Я уже вложил собственных 200 тысяч евро за всё время работы. Больше никто не вкладывался. Я обращался за помощью и в Министерство здравоохранения и социального развития. Там открещивались. К депутатам обращался. Обещали помочь. А воз и ныне там. Так что, получается, только Сколковский фонд поверил в мою идею.

Мы делаем самый лучший продукт в мире! Почему же мы всё время покупаем за рубежом? Пусть они покупают у нас! Для этого достаточно 2-3 компаниям, таким как БерлинХемии, например, дать отзыв о работе наших сапфировых дозаторов. Эти отзывы публикуются в специальных фармацевтических журналах. И вот к нам уже выстраивается очередь.

 

Через сколько по вашим расчётам окупится производство?

Возврат инвестиций – через 1,5 года. Если поднапрячься, то через 9 месяцев после запуска. Для справки, стоимость всего проекта – 4 миллиона евро.

 

Что вы сейчас собираетесь делать для продвижения разработки?

Сейчас наш проект ожидают большие экспериментальные лабораторные исследования.  Что бы быть на высоте, предстоит много изучить и провести научные исследования совместно с  ведущими российскими институтами РАН и РАМН.

Сегодня у нас стоит задача получить третий патент в Роспатенте. Это последняя стадия разработки, которая, я надеюсь, успешно закончится. По закону через 6 месяцев после Роспатента мы можем подавать заявку на международное патентирование. Это очень дорогая процедура – 100 тысяч евро. Поэтому без помощи, в частности, Фонда «Сколково» нам не справиться.

Совсем недавно, кстати, мы подали заявку на грант Фонда «Сколково». У нас есть потенциальный соинвестор, один из российских венчурных фондов. Не могу пока сказать название. Он уже финансирует несколько Сколковских проектов. С ним ведутся переговоры. И он хочет участвовать.

 

Западные компании не предлагали купить технологию?

В своё время американцы, англичане и канадцы особенно просили открыть им все секреты. Приглашали к себе. Но, во-первых, я хочу, чтобы технология заработала здесь в России. Во-вторых, когда приглашали, мне было уже 55. Без знания языка в таком возрасте переезжать куда-то очень сложно. И я отказался.

 

Не жалеете?

В чём-то жалею… Если честно, я патриот. И хочу работать здесь. Хочу, чтобы за эту технологию платили нашей стране. Если меня поддержит Сколково, я готов горы свернуть!

P.S.: через несколько дней после интервью компания Виталия Савенкова "ФармаСапфир" выиграла конкурс на заселение в "Гиперкубе", в первом Сколковском новострое - 15 сентября. С чем и поздравляем всю команду учёных!